Однако, чем ближе дело подходило к 50-летию, тем больше мужем овладевала мысль о наследнике.
- Может, все-таки родишь? – сначала ласково упрашивал муж. Света отшучивалась.
- Хватит придумывать себе диагнозы! – начал уже раздражаться муж. Света в ответ начала трясти медицинскими документами. Унизительно, конечно, но что поделаешь.
- Или ребенок, или развод! Раньше бабы в поле рожали, о таких диагнозах не знали, и все шло как по маслу. Мне нужен наследник! – не слезал со Светы мужчина. И настроен он, судя по всему, очень серьезно.
- Я много раз говорила с ним. Приводила разумные доводы. Говорила, что, во-первых, я не смогу родить, слишком велика вероятность осложнений, смертельного исхода. Во-вторых, он уже не мальчик. А ребенка надо не только успеть произвести на свет, но и поднять. Если с ним не дай бог что случится, я ведь с двумя детьми одна останусь, это в случае если родить все-таки удастся. Что за эгоизм? Ну а в-третьих, он о дочери подумал? Если меня не будет, ей что, опять новую маму искать? Работает он целый день, сам ребенком заниматься не может…
Хочет разводиться – пусть разводится. Пусть ищет себе молодую, детную и на все согласную. Только вот дочку я себе заберу, чего бы мне это не стоило. Она итак уже настрадалась, чтобы новую маму искать ей. И на алименты подам – ну а что, факт удочерения имеется, а значит у меня возникли соответствующие права… Пусть платит. На этом пока дело и замерло, но если расстанутся – итог очевиден. Каждый будет тянуть одеяло на себя.
А к вам у меня, господа знатоки, вопрос. У кого в данном случае больше прав на дочку?
Комментарии (0)